Воспоминаниями о Герое Советского Союза Григории Карповиче Нестеренко, пока был жив, всегда делился его сводный брат, Степан Лукич Крамарь, который тоже прошел суровыми дорогами войны до самой Германии.
...Григорий, мой старший брат, был очень любим в семье. Почему? Наверное, потому, что никому не делал зла. Он был добрым. И мальчишки тянулись к нему, вокруг Гриши всегда собиралась ватага ребят. С ним было интересно. Григорий вообще слыл любознательным. Задумал он как-то часы водяные сделать. Соорудил в сарае себе "мастерскую" и просиживал там до глубокой ночи: высчитывал все, вымерял, "детали" подбирал... И вот, наконец, удалось! Часы готовы. Собрал он нас, пацанов, во дворе, ждем, когда в полдень церковь звонить станет в колокола. И точно - только церковь зазвонила - на водяных часах двенадцать "стукнуло"... Мы тогда удивлялись, как это Григорию удалось с точностью все рассчитать?
...Вы знаете, Григорию, наверное, на роду написано было стать летчиком. Ляжет, бывало, он на траву и смотрит в небо: наблюдает за полетом птиц, любуется облаками. Манило его небо к себе... А однажды захватила Гришу мысль прыгать с парашютом.
- Давай сами сделаем, - предложил он.
- Давай, - согласился я.
- Только никому ни слова... Цыц! Тайна!
Из брезента смастерили мы купол, сделали растяжки вроде зонта, привязали шнурки, корзинку прикрепили. Все было в порядке. Предстояли испытания. Гриша сидел на шелковице, а парашют его наполнился воздухом и медленно покачивался из стороны в сторону. И вдруг брат как шмякнется с шелковицы... Впервые, наверное, в своей жизни он почувствовал всю силу падения... Григорий смотрел в голубое небо:
- Надо подняться туда... к облакам...
Летом 43-го выпало Григорию 2 часа дома провести, в родной станице Каневской. Время пролетело, как одно мгновение. Перед отлетом Гриша прошелся по станице, зашел в сады, где прошло наше детство, а потом сказал матери: "Прощай, дорогая!" И крепко обнял ее хрупкие плечи. В последний раз...
Вот какие воспоминания оставил о Григории Нестеренко его боевой товарищ по жарким боям над Кубанью бывший военный комиссар полка Александр Матвеевич Журавлев:
... Вот он, Григорий Нестеренко, высокий, стройный, подтянутый, плечистый, подбористый, весь в мускулах, как слитый из металла.
...Вот он, друг Гриша, прямоносый, с черными вразлет бровями, умными голубыми глазами, в которых всегда горел огонек веселья, с копной мягких волос на голове цвета спелой пшеницы.
...Вот он, боевой товарищ, душа истребительного полка, правдивый и горячий в спорах, дерзкий и смелый до безумия в воздухе и самый обыкновенный, обыденный, душевный и простой на земле. Как мало в сущности я знал о Григории там, на полях сражений. Но я знал, что этот летчик храбр, как лев, предан друзьям, горит жгучей ненавистью к врагу и в бою тверд, как камень.. А прошлое было отрублено войной...
Ю.Симоненко
По материалам газеты "Каневские зори", от 8.04.1999 г.
